Advertisement
Рубрики

Подписаться на рассылку

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Архивы


АРОМАТЕРАПИЯ. БАЗОВЫЙ КУРС
загрузка...

ЕКАТЕРИНА РОЖДЕСТВЕНСКАЯ: Моя яркость в два раза выше!

ЕКАТЕРИНА РОЖДЕСТВЕНСКАЯ
Екатерина Рождественская родилась 17 июля 1957 года. Закончила МГИМО. Работала на Гостелерадио. Потом переводчиком с английского и французского языков: переводила Джона Стейнбека, Джона ле Карре, Сидни Шелдона, Сомерсета Моэма.
С 1998 года фотограф. Стала известна благодаря серии работ «Частная кол­лекция», опубликованных в журнале «Караван историй», где с помощью гри­ма, костюмов и декораций знаменитые современники превращались в героев шедевров мировой живописи. Сегодня у нее 30 фотопроектов, состоялось более 150 выставок.
С 2011 года дизайнер одежды ROB-ART by Katya Rozhdestvenskaya.
В 2005 году стала лауреатом Нацио­нальной премии общественного при­знания достижений женщин «Олимпия» российской Академии бизнеса и предпринимательства.
В 2009 году избрана почетным членом Российской Академии художеств. Замужем за президентом издательско­го дома «7 дней» Дмитрием Бирюко­вым, мама троих сыновей: Алексея (1986), Дмитрия (1989) и Данилы (2001).

ОНА КО ВСЕМУ ОТНОСИТСЯ СО СВОЙСТВЕННЫМ ЕЙ МЯГКИМ ЮМОРОМ. НАПРИМЕР, РАССКАЗЫВАЕТ, КАК ИНОГДА ВЛИЯЮТ МЕДНЫЕ ТРУБЫ НА ИЗВЕСТНЫХ ЛЮДЕЙ, КОТОРЫЕ ПРИХОДЯТ В ЕЁ ФОТОСТУДИЮ. БОЛЬШЕ ВСЕГО ЕЕ ЗНАЮТ ИМЕННО ПО ФОТОПЕРЕВОПЛОЩЕНИЯМ СЕГОДНЯШНИХ ЗНАМЕНИТОСТЕЙ В ГЕРОЕВ ШЕДЕВРОВ МИРОВОЙ ЖИВОПИСИ, КОТОРЫЕ ПУБЛИКУЮТСЯ НА СТРАНИЦАХ ЖУРНАЛА «КАРАВАН ИСТОРИЙ».
Екатерина Рождественская – дочь поэта Роберта Рождественского, жена президента издательско­го дома «7 дней» Дмитрия Бирюкова. «Приятное чувство: жить с президен­том», — улыбается. При этом она всегда была «сама». И когда была домохозяйкой и воспитывала сыновей, и в тот период, когда муж остался без работы, а она кор­мила семью.

— Екатерина, у вас сложилось все: и муж любимый, и дети, и работа, кото­рая приносит удовольствие. Вам уда­ется все и сразу — в чем секрет?
— Над этим надо было долго работать. Я вышла замуж еще ребенком, мне было 17 лет. И мы брали разрешение в район­ном загсе, потому что детей замуж не пу­скали. Мы воспитывали друг друга всю жизнь — 37 лет живем вместе. И детей у меня долго не было, над этим я тоже работала. Это результат видимый, но вся жизнь — в труде.
Я поменяла кучу профессий — от пере­водчика литературы, редактора на радио до ландшафтного дизайнера, риэлтора. Попробовала все, пока не нашла себя. Не понимаю людей, которые жалуются на работу. Надо искать, пробовать, а не ходить на нелюбимую работу и отсижи­вать офисные часы, ничего не делая.
Первое время, когда стала фотогра­фом, удивлялась, что за такую счастли­вую работу еще и платят большие деньги. Редко, наверное, бывает, что получаешь такой кайф от профессии, что даже не понимаешь, где отдыхаешь дома или на работе.

ВСЕ МИРОВЫЕ БРЕНДЫ И ROB-ART
— Осенью вы представили коллекцию весна-лето 2013 года «От Кати. С лю­бовью» марки ROB-ART by Katya Rozhdestvcnskaya. Вы вдаетесь в детали создания платья? Или определяетесь лишь с художественной частью — с фотопринтами?
— Стараюсь во все вникать. Это для меня опять новая профессия. Я к тому, что в моем возрасте можно сделать зиг­заг и начать еще что-то новое. Изучаю ткани, ищу производителей, окунулась в мир моды, в мир фриков — там какие-то совершенно сумасшедшие люди. Это очень интересно!
— Почему мир фриков?
— Есть люди, которые входят в модную тусовку. Они могут ничем не занимать­ся, но каждый день проводят перед зер­калом, обдумывая, как выйдут в люди. Скажем, Андрей Бартеньев, Данила Поляков. Но фрики не ругательство, это образ жизни. Такое мировоззрение: человек несет себя как арт-объект, как арт-проект. И у него всегда весенний вид. Я получаю от всего этою большое удовольствие. Но не погружаюсь, такой сторонний наблюдатель.

— А для кого создаются ваши платья? Куда их можно надеть? И где они продаются?
— Их можно купить в интернет-магазине и в ЦУМе. А ЦУМ — это показатель: там продаются все основные мировые бренды плюс я — это такое счастье и гор­дость. Мои платья покупают довольно хорошо. И они для всех.
Это может быть и выходным платьем — смотря какие аксессуары, какое время года. Это может быть домашнее платье, потому что сшито из струящегося, про­хладного шелка. Это должно быть пляж­ным платьем для курорта. И самое глав­ное – это индивидуальная вещь, вторых экземпляров нет. То есть это моя фото­графия, положен­ная на шелк, и из этого сшито платье.
Какое у тебя сегодня настроение, то и надеваешь: хочешь, чтобы к тебе никто не подходил, выбираешь платье с как­тусом, хочешь быть мягкой и пушистой — выбираешь с котенком. В общем, не­множко философская одежда, хотя очень простая.
К тому же, я сама произвожу ткани, прикладываю фотографию на шелк. И краски передаются по-другому, не так, как на тканях, что продаются в магази­нах. У меня яркость в два раза выше точ­но. Это такое удовольствие!

МОДЕЛЬЕР-ША, ФОТО-ГРАФИНЯ, EDITOR-IN-CHIEF-ША
— Любите ли вы фотографироваться?
— Я ненавижу фотографироваться, я ненавижу фотографов. Есть фотографы, которые снимают только детей, есть те, что снимают пейзажи, есть репортеры. Я занимаюсь только студийной фотогра­фией, не люблю суеты. Когда репортеры толкаются, пихаются — мне это очень не нравится. А меня снимают, в основном, как раз такие люди.
— На вашей странице в Твиттере на­писано: «модельер-ша, фото-графиня, editorinchief-ша журнала «7 дней». Можно ли сказать, что у вас папино семейное чувство юмора?
— Конечно. Самое главное, что я ценю в людях, — это чувство юмора, это в пер­вую очередь. Потому что сейчас, да, ду­маю, и всегда, нельзя жить без чувства юмора. Надо воспринимать с юмором прежде всего себя — так жить намного легче, интереснее и приятнее, чем носить себя на тарелочке и всем показывать.
— Можно ли взрастить в себе чувство юмора или оно должно быть от при­роды?
— По идее, должно быть от природы. Но если его вообще нет, то можно в ка­ких-то ситуациях хотя бы просто молчать и это уже хорошее чувство юмора.

МАКСИ-КОМПЛИМЕНТ ДЛЯ МИНИ-РЕЖИССЕРА
— Известно, что идея, с которой нача­лась ваша фотография, возникла на церемонии награждения ТЭФИ, когда роскошные наряды напомнили ше­девры мировой живописи. Что обыч­но появляется первым — имя или идея, что это будет за работа?
— Всегда имя, потому что человек дол­жен быть согласен на фотосессию. По­том мы начинаем работать над образом — листаем альбомы с репродукциями, готовим костюм. Но иногда герой при­ходит уже со своей мечтой. Скажем, Буйнов хотел быть Пушкиным. Кто-то долго и серьезно готовится к перевопло­щению, кто-то никак не может выйти из образа. Вообще, конечно, самое инте­ресное — наблюдать за людьми, которые приходят на съемку.
Гур­ченко— Есть ли у вас любимая модель?
— Самая любимая модель это Гур­ченко. Она абсолютно уникальная. Такого отношения к работе, как у нее, я не видела ни у кого. Она готовилась к каждой маленькой роли, требовала профессионализма от всех. Она хотела быть и Елизаветой Английской, и танцовщи­цей Тулуз-Лотрека, и «Любительницей абсента» Пикассо, хотела все успеть пусть не в фильме, а в маленькой фото­графии. Это было очень заметно, и я это очень ценю. Меня она называла мини-режиссером, и это был для меня макси-комплимент. Я ее хорошо узнала и могу с ответственностью сказать, что инте­реснее человека я не встречала.
— Бывает ли так, что не вы приглаша­ете человека, а он приходит сам и го­ворит: хочу сниматься? И это, может быть, не самый известный человек, а просто очень состоятельный…
— Конечно. Я снимала любимых коней, любимых девушек на конях, но то были частные заказы, которые никто кроме за­казчика не видел.
Но лет пять, наверное, я не снимала Диму Билана, хотя Айзеншпис очень просил. Ну мальчик и мальчик очеред­ной. А у меня есть условие это должно быть звонкое имя: на страницах «Кара­вана историй» человек появляется тогда, когда становится известным.

НА СЕДЬМОЙ ЭТАЖ — ЛЕГКОЙ ПТИЧКОЙ!
— У вас так много разных занятий, что хочется спросить, а что для нас отдых?
— Отдых для меня — тоже работа. Я очень много фотографирую сюжетов для платьев, обожаю ездить, для меня это ле­карство.
В последнее время я стала ездить на открытие выставок, а их у меня много — уже около 150. Научилась любить свою страну. Потому что Москва и остальная Россия — это две разные вещи. Настолько тепло и уютно где-нибудь в Вологде, Ко­строме, Мурманске — такой прием, такие улыбки, такие люди. Как будто ты не из дома едешь в гости, а из гостей едешь домой.
— Как вы относитесь к фотошопу? И в том еще смысле, что благодаря фото­шопу возникает масса комплексов по поводу того, что все, кто на фотогра­фиях, — практически идеальны, а у тебя — куча недостатков…
— Я замечательно отношусь к фото­шопу, потому что он придуман для того, чтобы облегчить работу. Не то чтобы уменьшаю на два размера или увеличи­ваю грудь на пять — нет, я этим не зани­маюсь, не вмешиваюсь. Но некоторые художники, например, рисовали так, будто не учились анатомии. А поскольку я делаю фотографию с картины — надо, скажем, сесть именно так, как нарисова­но. Когда человек садится и у него рука куда-то не дотягивается, мы на фотошо­пе пытаемся это исправить.
Потом, надо подогнать цвет, иначе зрительных ассоциаций таких, какие нужны, не получается. Иногда фон ка­кой-то нужно добавить: если делаем пейзаж, а работаем в студии.
Словом, для меня фотошоп — незаме­нимая вещь. Когда снимаю для «Част­ной коллекции», использую его. Но ког­да речь идет о портрете, я стараюсь им почти не пользоваться.
РОЖДЕСТВЕНСКАЯ— Что вы думаете о нашем женском стремлении всегда хорошо выгля­деть? Как вам удастся поддерживать форму?
— Вы будете смеяться, но я три раза в неделю хожу на тренировки: занимаюсь пилатесом, силовыми упражнениями. У меня такая работа: я ползаю, сажусь на корточки, мне надо встать — не крях­тя и не опираясь на палочку, а вскочить легкой птичкой. Поэтому фитнес нужен обязательно. Ну и потом это — здоровье. Особенно в моем возрасте.Я все время возраст подчеркиваю, по­тому что необходимо, чтобы девушки по­нимали: можно переделать свою жизнь не только в 20 и в 30, но и в 50, и в 60, и в 70 и даже в 80 лет выйти замуж. Но нуж­но чувствовать себя здоровой. Особенно это важно при сидячем образе жизни.
Я тоже сидела в свое время. Потом встаешь и первые два шага делаешь, как будто тебе 90 лет. Этого нельзя. Надо выбрать себе что-то: например, плавать или ходить пешком до работы. На рабо­те я, скажем, не пользуюсь лифтом, бе­гаю пешком на седьмой этаж раз по 15 в день.

СОБСТВЕННЫМ ПРИМЕРОМ
— «Частная коллекция» началась с того фотоаппарата, который вам по­дарил муж. А чем вы фотографируете сейчас? И что для вас важнее — какая-нибудь продвинутая модель фотоаппа­рата или идея фотографии?
Ну да, муж мне подарил хороший фотоаппарат, дорогой. На первые сессии приглашала фотографов, осветителей и была как бы идейным руководителем. Потом поняла, что это настолько просто для меня, что стала делать все сама.
А по поводу фотоаппарата я очень привыкаю к вещам. Это, конечно, ужасно, но уже лет десять пользуюсь Hassеlblad, он стал частью меня, поэтому я очень переживаю, когда он «болеет», ношу его к «врачу».
— Часто ли ваши домашние делают за­мечания по поводу ваших работ?
— Нет. Ну муж иногда вылезает со сво­ими глупостями. Поскольку он издатель — имеет право. Но я его как-то ставлю на место. Потому что он говорит: «Ну вот куда ты ее снимаешь? Она уже старая. А вот этого куда снимаешь? Посмотри, какой он…». А я говорю: «Если буду следовать твоим советам, у меня будет три человека и все — герои у нас закон­чатся».
— Кто прав оказывается?
— Я, конечно.
— У вас патриархат, матриархат или равноправие?
— Знаете, когда я бываю дома, ма­триархат. А когда меня нет, патриархат. Очень удобно.
— Старшим сыновьям вы уделяли очень много внимания, к воспита­нию младшего относились спокойнее, и все трое радуют вас успехами. Как вам сейчас, с высоты опыта, кажется — какой должна быть линия в воспита­нии детей? Как воспитывать умных, успешных, хороших людей?
— Не знаю, как их воспитывать. Я вос­питывала так, как меня саму — собствен­ным примером. Отец никогда не садился и не начинал что-то назидательно гово­рить. Я видела, как они с мамой любят друг друга, как общаются с людьми, с бабушкой. Только так. И так же я жила со своими детьми.
Ну еще мне надо, чтобы все были дома, на местах, тогда я могу спокойно отдыхать. И когда кого-то нет, я все вре­мя в стойке. Это, конечно, очень мешает и мне, и им, но они знают об этом моем минусе и все время звонят, пишут смски. А так только своим примером.
— Вы часто покупаете в антикварных магазинах интересные нужные и на первый взгляд вроде бы не нужные вещи, которые потом, может быть, будут использованы в ваших работах. Что было самым интересным из по­следних приобретении ?
— В Киеве купила коллекцию костю­мов конца 19 века. Довольно большую, интересную и редкую, потому что ткань очень плохо сохраняется. Недавно купи­ла красивый венок из серебра, он был привезен из Дрездена, принадлежал ка­кой-то принцессе — его использовали во время венчания.

Подписка на рассылку

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Оставить комментарий