Advertisement
Рубрики

Подписаться на рассылку

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Архивы


АРОМАТЕРАПИЯ. БАЗОВЫЙ КУРС
загрузка...

Ирина Нельсон: «Я — девочка из провинции с огромным желанием стать звездой»

Ирина Нельсон
На небосклоне российского шоу-бизнеса ее звезда взошла боль­ше 20 лет назад. Она вырва­лась из маленького сибирского городка — сначала к огням Новосибирска, потом Москвы и даже Лос-Анджелеса. Конеч­но, ей помогал супруг и продюсер Вя­чеслав Тюрин, но и сама Ирина никогда не отставала от него. Они не раз вместе начинали с нуля, придумывали новые проекты и образы, сочиняли песни… И сегодня певица продолжает оставать­ся на высоте, а ее песни любимы и за пределами России.

ЗВЕЗДА ОРКЕСТРА
— Ирина, вы не скрываете, что роди­лись в провинции, что с 17 лет на­чали самостоятельную жизнь. А как же родители отпустили юную дочку в свободное плавание?
— Мы жили в маленьком городе Барабинск в Новосибирской области. Там я с отличием окончила музыкальную школу, и моя учительница советовала мне поступать в Новосибирское музы­кальное училище. Мне же тогда Ново­сибирск, находящийся в трех сотнях километрах от нас, казался настоящим мегаполисом. В нашем городе было ма­ленькое музыкальное училище, и мама уговаривала меня остаться. Говорила, будешь жить дома с родителями. Чего еще желать?
Но я уверенно заявляла, что хочу учиться в Новосибирске. Потому что уже тогда твердо решила стать звездой, несмотря на то, что была сутулой и не­привлекательной девочкой, совсем не умела одеваться, а когда ходила, сильно размахивала руками…
— Вы не жалели, что уехали из родного города?
— Ничуть! Новосибирск мне дал многое. Я, конечно, скучала по дому, по родителям. Но в Новосибирске я ста­ла солисткой джазового оркестра. Его руководитель назло всем студенткам с эстрадного отделения сам пригласил меня в коллектив, ему понравился тембр моего голоса, хотя училась я на отделе­нии фортепиано, а не на вокальном.
Работа в этом оркестре с джазовым материалом стала для меня хорошей школой, которая помогает мне до сих пор. Параллельно я училась вокалу, а вскоре познакомилась с Вячеславом. Он создал свою поп-группу, куда потом пригласил меня солисткой.

— Вы помните вашу первую встречу?
— Конечно! Это был забавный случай. Я пела в джазовом оркестре, который активно гастролировал по многим го­родам России, ходила в оперу, слушала классику и считала себя эстеткой.
А однажды к нам на репетицию при­шел Слава. Он был в костюме и галс­туке, благоухал модным ароматом, с волнением подошел ко мне и сказал, что слышал, как я пою. Ему понравил­ся голос, и он захотел пригласить меня в свою группу, которая, кстати, была очень популярна в Новосибирске.
Он показал мне свои песни, на что я ответила: «Знаете, вообще-то я эту поп­су не пою!». Такого жесткого отказа, он видимо, не ожидал. Да и я поняла, что перегнула палку и тут же попыталась сгладить ситуацию: «Ладно, оставьте песни, я их послушаю, если мне понра­вится, попробуем поработать…».
Песни действительно были хорошие, мелодичные, были среди них и баллады о любви, которые Вячеслав написал на стихи Марины Цветаевой (давние по­клонники нашего творчества их знают). И тогда я перезвонила Славе. Мы снова встретились. Вот тут-то между нами и пробежала искра. А в начале 90-х мы вместе отправились в Москву. Планы у нас были наполеоновские…

ПОКОРЕНИЕ МОСКВЫ
И вы снова приехали в никуда. Ведь в столице вас тоже никто не ждал?
— Да! Но нами двигало желание заявить о себе всей стране. Мы приеха­ли в Москву с музыкальным материа­лом, записанным на новосибирской сту­дии и с тремя сотнями долларов. Сто долларов сразу же отдали за аренду ма­ленькой однокомнатной квартиры, а на остальные двести нужно было раскру­чиваться. Начался наш нелегкий путь.
Постоянно возникали какие-то слож­ности, неприятности. Мы не умели раз­бираться в людях, многим доверяли, нас обманывали, мы много работали, выступали по клубам и получали за это копейки. Тем не менее, еще и умудря­лись помогать нашим родителям. А спу­стя года полтора судьба подарила нам шанс — мы пришли на студию «Союз», которая в то время была крупнейшей в России звукозаписывающей компанией.
Ирина Нельсон певица ДианаРуководству студии наш материал по­казался интересным, и нам предложили контракт. Так родилась певица Диана. И этот проект успешно просуществовал вплоть до дефолта в России 1998 года. Вернувшись в августе того года из боль­шого гастрольного тура по восточной части России, мы остались с совершен­но пустым карманом — «Союз» объявил, что больше не может заниматься нашим проектом.
Но мы обязаны «Союзу» своей пер­вой популярностью. И я даже рада тому, что проект под именем Диана за­вершился так же стремительно, как и стартовал, — мне не очень нравился тот имидж.
— Получается, разрыв с компанией «Союз» в каком-то смысле вам даже помог?
— Я не привязывалась к своим до­стижениям, не тряслась над успеха­ми. Очень хотела полностью поменять имидж и направление музыки. Мы ста­ли свободными, сами стали создавать новый бренд и образ, вложили в это все деньги, которые удалось скопить к тому моменту. Так появилась музы­кальная группа Reflex.

ЗАОКЕАНСКИЙ УСПЕХ
Пару лет назад вышел ваш англо­язычный альбом «Sun generation», над которым вы работали в Америке. Расскажите о работе за океаном. Вам ведь в очередной раз пришлось на­чинать все с нуля…
англо­язычный альбом «Sun generation»— Действительно, в Америке нас ни­кто не ждал. И мы поехали туда не для того, чтобы купить готовый продукт западных продюсеров, а с собствен­ным музыкальным материалом, чтобы самим выпустить там альбом.
Запись пластинки длилась два года, но на то были причины. Дело в том, что параллельно с работой над новой пла­стинкой в Лос-Анджелесе я получила международный диплом преподавате­ля кундалини-йоги. Для меня это было крайне важно. Конечно, по деньгам было бы выгоднее никуда не уезжать. Но мы решили поработать за океаном.
А зачем? Неужели у всех россий­ских артистов есть некий комплекс, все хотят непременно поработать на Западе?
— Россия долгие годы была изолиро­ванной от мирового сообщества, в том числе культурного и музыкального. Поэтому все наши артисты и стремятся показать себя не только на российской, но и на мировой сцене.
Когда пластинка вышла, мы стали получать множество хороших отзывов о моем новом амплуа, о песнях — и не только от россиян, но и от меломанов из разных стран мира — из Мексики, Бразилии, Германии. Много поклонни­ков появилось в Америке, даже в Япо­нии возник мой небольшой фан-клуб.
— А почему же вы вернулись в Рос­сию? Ведь могли бы стать абсолютно западной певицей.
— В Америке я уже начала становить­ся узнаваемой: участвовать в телешоу, давать интервью. Но чтобы раскручи­ваться там, нужно и жить там. А я за два года в Штатах очень соскучилась по России: мыслю себя только здесь, тут моя душа и я не хочу терять своего родного слушателя. А мой англоязыч­ный альбом, в первую очередь, пред­назначался моим соотечественникам, поклонникам, друзьям и близким…
Уже через год после моего возвра­щения в группу, в 2013 году Reflex вновь получил «Золотой граммофон» за песню «Я буду небом твоим». Кроме того, у нас 19 национальных музыкаль­ных наград и четыре премии «Золотой граммофон», которая на российской эстраде считается очень престижной.
Сейчас я совмещаю свою сольную карьеру с выступлениями в Reflex, готовлю сольную программу и специ­альную акустическую программу, в которой буду исполнять все наши хиты в мягкой акустической обработке. Пла­нов у меня много: съемки сольных клипов и запись нескольких дуэтов со звездами российской сцены.

 

Подписка на рассылку

Ваш email:
email рассылки Конфиденциальность гарантирована
email рассылки

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Оставить комментарий